Определение права с позиции теории
                 трансцендентального права (ТТП)
При рассмотрении проблемы понятия права ни коим образом нельзя оставить в стороне вопрос об определении (дефиниции) права. В определении всегда выражается суть понятия права. Последнее есть сложнейшее явление. В принципе, ни одно определение, каким бы развернутым оно не было не может дать полное описание права, раскрыть его понятие. Поэтому ТТП дает ему краткое определение: “Право - это совокупная система законов природы (разумной материи)”. На наш взгляд, выделить происхождение феномена права из экзистенции социума, а тем более из ее определенной ступени - стадии, бессмысленно. Человек зацикливается на фрагмененте мозаики, не видя всей картины. Анализ всех определений права, существуемых на настоящий момент времени, позволяет говорить о двух основных направлениях. Первое из них своим определением охватывает только нормы, устанавливаемые и санкционируемые государственной властью (так называемое “позитивное” право). Второе же ныне именуется широким (что весьма сомнительно), так как своим определением права охватывает помимо позитивного права иные  элементы правовой действительности. С позиции ТТП, оба вышеуказанных подхода однобоки, ибо  связывают понятие “право” исплючительно с понятием “человек” и сферами его жизнедеятельности. Мыслится, что объективно право - это трансценденталия, феномен вселенского масштаба. Социальные нормы не существуют сами по себе. Это не отдельные законы экзистенции, но лишь одна из многочисленных форм проявления метафизического права. Согласно ТТП, для каждого вида сущностей право природы “преломляется” по-разному, однако это лишь внешнее впечатление - суть законов разумной материи едина для всех и каждого. Многим юристам утверждение - “Право - это все законы природы” - покажется, мягко говоря, фантастичным. Но не следует забывать, что такое суждение относится к научному определению права, даваемому ТТП.  Давая же научное (доктринальное) определение исследователь не связан ничем кроме своего мировоззрения, теоретико-философского взгляда на то или иное явление.  В таком случае познающий субъект в сжатой форме формулирует свое понятие права. Достоинство научной деформации в том, что она позволяет появиться на свет новым правовым идеям и подходам к праву. По мере их признания они имеют реальную возможность стать из “чисто теоретических” “официально признанными”. Вспомним хотя бы бурное воплощение в позитивном праве идеи прав человека в России девяностных годов. Этот импульс не ослаб и поныне. Определение права, выводимое ТТП, по сути дела, не противоречит ни одному из определений, существовавших до нее; ибо необходимо синтезирует их в одно целое. Видятся необоснованными утверждения о том, что позитивное и естественное право есть два разные (!) права. Право всегда одно, а два позитивное и естьественное “права” лишь суть форм его проявления.  Странен, на наш взгляд и подход, по которому право, “создаваемое человеком”, не является естественным (!). Общепризнан тот факт, что человек - это часть природы и экзистенционирует по ее законам (трансцендентальному праву). Общепризнано и то, что все существующее согласно “природному законодательству” является (или признается познающим субъектом) естественным. Следовательно вся деятельность социума и ее результаты не могут быть “неестественными” (антропогенными, как это сейчас принято называть). Противоположные выводы нелогичны. Наблюдается парадоксальная ситуация: и человек, и муравей изменяют окружающую среду, однако деятельность первого неестественна (считается), а второго - наоборот. Пока общество не осознает этого все суждения о феномене права будут однобоки. Многие не согласны с тем, что ТТП в понятие - определение права вклю чает и иные законы разумной материи, которые не относятся к категории так называемых “социальных регуляторов”. Опять же идет жесткое противопоставление законов “естественных” и “социальных”. Бытует ошибочное по своей природе мнение: “естественные” нормы нарушить нельзя, а 2социальные - возможно. Рассмотрим эту проблему с двух ракурсов: во-первых, докажем, что “естес твенные” законы можно “нарушить”, как и “социальные”, во-вторых, обоснуем положение о том, что “социальные” правила столь же “нерушимы”, как и “естественные”. При всем своем кажущемся антагонизме эти два суждения жестко взаимосвязаны, благодаря чему создается целостная мировоззренческая картина, в частности, относительно права. “Нарушить” - значит не выполнить, не соблюсти. Закон всемирного тяготения “не позволяет” летать человеку, а тем более тем предметам, что тяжелее воздуха, Однако социум научился “нарушать” этот закон, развив самолетостроение. Объективно же действие одного закона “подавляется” действием других (аэродинамики и т.д.). С одной стороны, таким образом “нарушение” налицо, а с другой - его просто не существует. И последняя точка зрения абсолютно верна. Аналогичная ситуация и с “социальными” законами”. Проблема заключается в том, что в “социальной” (внутривидовой) сфере мы привыкли идеалистически абсолютизировать одну часть норм ( с позиции ТТП, это “позитивный”, “положительный” аспект метафизического права, который, кстати, нами далеко еще не познан), и отвергать другую часть (“негативное” трансцендентальное право). Оба этих аспекта присутствуют в объективной реальности и являются неотъемлемыми частями ее диалектики. По этой причине, думается, нельзя отвергать какой-либо один из них. Такое отрицание и приводит к современному мнению о “нарушаемости” “социальных” норм.  Если бы социум так же стал абсолютизировать закон всемирного тяготения, то полеты “воздушных кораблей” считались бы его “злостным нарушением”. К счастью, этого нет. Во внутривидовом праве человека мы наблюдаем идентичность: в каждом конкретном случае действие одних законов “перекрывает” действие других. Не более того. Так осуществляется как “правомерное” поведение, так и “преступное” членами социума. Уже само существование “преступных деяний” говорит об их “предусмотренности” законами природы (разумной материи). Вместе с тем это не означает, что ныне “писаное право” должно ,например, разрушить убийство и т.д. Так мы подошли к практическому (операционному) определению права, даваемому ТТП. Оно нисколько не противоречит вышеописанному “научному” определению и одновременно отвечает реалиям настоящего характера и специфике экзистенции социума. “Право - это система общеобязательных, установленных или признанных государством норм и гарантированных им, определяющих меру свободы лица в обществе”. Именно на такое определение, с позиции ТТП, должен опираться юрист - практик в своей повседневной работе сегодня. С точки зрения общей методологии ТТП одинаково правомерны и то, что ныне считается преступлением, и то, что признано правомерным поведением. Однако это вовсе не означает, что и то и другое одинаково полезно для общества. Человек в своем “писаном праве” стремится закрепить то, что для него действительно, абсолютно благоприятно. Поэтому на протяжении всей известной нам истории социум последовательно изучает (независимо от своего желания) и закрепляет “на бумаге” позитивный план трансцендентального права. Остальное же отрабатывается как “неправовое”. Такой процесс в полной мере закономерен и благоприятен. Однако не дает объективного представления о феномене права. Право - это всегда выбор форм поведения, предложенных законами природы (особенно это актуально для человека, как “разумной сущности”, обладающей активной свободой волевого выбора). Реализуя потенцию отражения к абсолютному благу,   общество пытается придерживаться аспекта норм “природного законодательства” , исполнение которых,  приводит в большей степени к благоприятным последствиям.
Можно знать (признавать) часть и закреплять ее, можно знать (признавать) целое и закреплять ту же часть. Мыслится, что предпочтительнее второй вариант, разрешающий веяние сомнения в природе “закрепляемой части”. Именно за такой подход, избегающий любых спекуляций, ратует ТТП. Каждый закон природы един, но и двугранен. Чтобы всецело придерживаться одной из них необходимо познать и другую. Иначе не будет полного знания и о первой. А, не зная чего-то, нельзя его исполнить.